Неточные совпадения
Теперь я должен несколько объяснить причины, побудившие меня предать публике сердечные тайны человека, которого я никогда не знал. Добро бы я был еще его другом: коварная нескромность
истинного друга понятна каждому; но я видел его только раз в моей
жизни на большой дороге; следовательно, не могу питать к нему той неизъяснимой ненависти, которая, таясь под личиною дружбы, ожидает только смерти или несчастия любимого предмета, чтоб разразиться над его головою градом упреков, советов, насмешек и сожалений.
Вот, милостивый государь мой, все, что мог я припомнить касательно образа
жизни, занятий, нрава и наружности покойного соседа и приятеля моего. Но в случае, если заблагорассудите сделать из сего моего письма какое-либо употребление, всепокорнейше прошу никак имени моего не упоминать; ибо хотя я весьма уважаю и люблю сочинителей, но в сие звание вступить полагаю излишним и в мои лета неприличным. С
истинным моим почтением и проч.
— Уважаю людей, которые умеют бескорыстно вживаться в чужую
жизнь. Это —
истинные герои.
— Теперь дело ставится так:
истинная и вечная мудрость дана проклятыми вопросами Ивана Карамазова. Иванов-Разумник утверждает, что решение этих вопросов не может быть сведено к нормам логическим или этическим и, значит, к счастью, невозможно. Заметь: к счастью! «Проблемы идеализма» — читал? Там Булгаков спрашивает: чем отличается человечество от человека? И отвечает: если
жизнь личности — бессмысленна, то так же бессмысленны и судьбы человечества, — здорово?
О нем было сказано: «Человек глубоко культурный, Иван Каллистратович обладал объективизмом
истинного гуманиста, тем редким чувством проникновения в суть противоречий
жизни, которое давало ему силу примирять противоречия, казалось бы — непримиримые».
Человеческая
жизнь — сновидение, говорят философы-спиритуалисты, [Спиритуали́зм — реакционное идеалистическое учение, признающее
истинной реальностью дух, а не материю.] и если б они были вполне логичны, то прибавили бы: и история — тоже сновидение.
Отцы и учители, берегите веру народа, и не мечта сие: поражало меня всю
жизнь в великом народе нашем его достоинство благолепное и
истинное, сам видел, сам свидетельствовать могу, видел и удивлялся, видел, несмотря даже на смрад грехов и нищий вид народа нашего.
Факт этот
истинный, и надо думать, что в нашей русской
жизни, в два или три последние поколения, таких или однородных с ним фактов происходило немало.
— «Таинством исповеди злоупотреблял», — злобным шепотом прибавляли самые ярые противники старчества, и это даже из самых старейших и суровых в богомолье своем иноков,
истинных постников и молчальников, замолчавших при
жизни усопшего, но вдруг теперь отверзших уста свои, что было уже ужасно, ибо сильно влияли словеса их на молодых и еще не установившихся иноков.
И
истинная национальная политика может быть лишь творческой, а не охраняющей, созидающей лучшую
жизнь, а не кичащейся своей статической
жизнью.
Истинной народной
жизни нужно искать не в пространствах и внешних расстояниях, а в изменениях глубины.
Оно было исканием
истинного народа и
истинной народной
жизни со стороны интеллигенции, утерявшей связь с народом и не способной себя сознать народом.
Тоскующая мечта об
истинной народной
жизни где-то вне меня и вдали от меня — болезненна и бессильна.
Истинный русский мессианизм предполагает освобождение религиозной
жизни,
жизни духа от исключительной закрепощенности у начал национальных и государственных, от всякой прикованности к материальному быту.
Хоть слабо, но еще слышен был голос
истинной любви к ней, который говорил ему об ней, о ее чувствах, об ее
жизни.
— Да, — сказал он, — это один из последних могикан:
истинный, цельный, но ненужный более художник. Искусство сходит с этих высоких ступеней в людскую толпу, то есть в
жизнь. Так и надо! Что он проповедует: это изувер!
Там нет глубоких целей, нет прочных конечных намерений и надежд. Бурная
жизнь не манит к тихому порту. У жрицы этого культа, у «матери наслаждений» — нет в виду, как и у
истинного игрока по страсти, выиграть фортуну и кончить, оставить все, успокоиться и жить другой
жизнью.
— Потому, что для нашего читателя интереснее та сторона
жизни, которая даже во времена существования клубов была покрыта тайной, скрывавшей те
истинные источники средств, на которые строилась «общественная деятельность» этих клубов.
Эта теория прозаична, но она раскрывает
истинные мотивы
жизни, а поэзия в правде
жизни.
Христианину надлежит верить, что в языческом мире хотя и живо ощущалась потребность в таинстве, ибо она не устранима из религии по самому ее существу, и хотя она утолялась по-своему [Об этом см. ниже в отделе III.], но не было таинств
истинных, «питающих в
жизнь вечную», которые могли явиться лишь в христианстве, после воплощения Бога-Слова, давшего Свою Плоть и Кровь в живот вечный.
Поэтому
истинное произведение искусства не может оставаться замкнутым только в себе, в своей действенности оно зовет к
жизни в красоте и пророчественно свидетельствует о ней.
На Страшном суде человек, поставленный лицом к лицу с Христом и в Нем познавший
истинный закон своей
жизни, сам сделает в свете этого сознания оценку своей свободе в соответствии тому «подобию», которое создано творчеством его
жизни, и сам различит в нем призрачное, субъективное, «психологическое» от подлинного, реального, онтологического.
— Евхаристия (причащение) — христианское таинство, заключающееся в том, что верующие едят хлеб и пьют вино, которые превратились («пресуществились») в
истинное тело и кровь Иисуса Христа; тем самым верующие соединяются с Христом и становятся сопричастными «
жизни вечной».
В искуплении таинственно восстановлена
истинная брачность
жизни, — недаром первое чудо, столь таинственное и трепетное, сотворено было на браке в Кане Галилейской; искуплен не только ветхий Адам, но и ветхая Ева, Адам и Ева, как супружеская чета, повинная в общем грехопадении, растлении брака [Мысль об искуплении Евы вместе с Адамом с особенной ясностью выступает в иконографическом изображении Воскресения Христова и Его сошествия во ад, где Спасителя встречают, приемля радостную весть искупления, Адам вместе с Евой; та же мысль находит многоразличное подтверждение и в православной литургике.].
Отсюда все, что порождает различие родов, видов, что создает разницы и свойства, все, что существует в возникновении, гибели, изменении и перемене, — есть не сущность, не бытие, но состояние и определение сущности и бытия, а это последнее есть единый бесконечный, неподвижный субстрат, материя,
жизнь, душа,
истинное и доброе.
Но мы чуткими ребячьими сердцами слышали в его стонах искреннюю душевную боль и, принимая аллегории буквально, были все-таки ближе к
истинному пониманию трагически свихнувшейся
жизни.
Страшно мне и больно думать, что впоследствии мы надолго расходились с Грановским в теоретических убеждениях. А они для нас не составляли постороннее, а
истинную основу
жизни. Но я тороплюсь вперед заявить, что если время доказало, что мы могли розно понимать, могли не понимать друг друга и огорчать, то еще больше времени доказало вдвое, что мы не могли ни разойтись, ни сделаться чужими, что на это и самая смерть была бессильна.
Судорожно натянутые нервы в Петербурге и Новгороде — отдали, внутренние непогоды улеглись. Мучительные разборы нас самих и друг друга, эти ненужные разбереживания словами недавних ран, эти беспрерывные возвращения к одним и тем же наболевшим предметам миновали; а потрясенная вера в нашу непогрешительность придавала больше серьезный и
истинный характер нашей
жизни. Моя статья «По поводу одной драмы» была заключительным словом прожитой болезни.
Познание
жизни, самое глубокое и самое
истинное познание, имеет невыразимо эмоциональную природу.
Да, чем дальше подвигаюсь я в описании этой поры моей
жизни, тем тяжелее и труднее становится оно для меня. Редко, редко между воспоминаниями за это время нахожу я минуты
истинного теплого чувства, так ярко и постоянно освещавшего начало моей
жизни. Мне невольно хочется пробежать скорее пустыню отрочества и достигнуть той счастливой поры, когда снова истинно нежное, благородное чувство дружбы ярким светом озарило конец этого возраста и положило начало новой, исполненной прелести и поэзии, поре юности.
Бухарев, один из наиболее интересных богословов, порожденных нашей духовной средой. Он был архимандритом и ушел из монашества. Он интегрировал человечность целостному христианству. Он требует приобретения Христа всей полнотой человеческой
жизни. Всякая
истинная человечность для него Христова. Он против умаления человеческой природы Христа, против всякой монофизической тенденции.
Спасение приемлемо только как достижение
истинной и совершенной
жизни.
Вечная
жизнь есть не загробная
жизнь, а
истинная духовная
жизнь.
Сведения о числе браков, совершаемых в колонии, можно добыть из метрических книг; но так как законный брак здесь составляет роскошь, доступную не для всякого, то эти сведения далеко не определяют
истинной потребности населения в брачной
жизни; здесь венчаются не когда нужно, а когда можно.
— О, это так! — вскричал князь. — Эта мысль и меня поражала, и даже недавно. Я знаю одно
истинное убийство за часы, оно уже теперь в газетах. Пусть бы выдумал это сочинитель, — знатоки народной
жизни и критики тотчас же крикнули бы, что это невероятно; а прочтя в газетах как факт, вы чувствуете, что из таких-то именно фактов поучаетесь русской действительности. Вы это прекрасно заметили, генерал! — с жаром закончил князь, ужасно обрадовавшись, что мог ускользнуть от явной краски в лице.
Примите же совет мой, примите стариковскую просьбу: ежели бы вы находились в ограде
истинной церкви, я бы, при ваших достатках, посоветовал вам устроить хоть придел в честь и славу сохранившего вас от гибели святителя, но как вы принадлежите к тем, что разнятся с нами в обрядах и своих церквей не имеют, так устройте хоть икону святителя Амвросия и всю
жизнь свою утром и вечером молитесь перед нею теплою молитвой благодарения.
— Так и сказал, — ответила Аграфена Петровна. — Терзается, убивается, даже рыдает навзрыд. «Один, — говорит, — свет, одна услада мне в
жизни была, и ту по глупости своей потерял». В последний раз, как мы виделись, волосы даже рвал на себе… Да скажи ты мне, Дуня, по
истинной правде, не бывало ль прежде у вас с ним разговоров о том, что ты ему по душе пришлась? Не сказывал ли он тебе про свои намеренья?
— Кто же неволит тебя оставлять мирские посты? Они ведь телесные… — сказала Варенька. — Постничай, сколько душе угодно, только не смущай себя. Было бы у тебя сердце чисто да вера
истинная, без сомнений. Помни, что ты уже в ограде спасения… Помни клятву, что не будет у тебя сомнений, что всю
жизнь будешь удаляться от мира и всех его забот и попечений, ото всей злобы и суеты его… Ведь тебе открыта тайна Божия?… Ведь ты возлюбила праведную веру?..
И вместе с тем она — эта
истинная жертва общественного темперамента — в обиходной
жизни очень добродушна, уступчива, совершенная бессребреница и очень стыдится своей чрезмерной страстности.
— Разве не вижу я любви твоей ко мне, матушка? Аль забыла я твои благодеяния? — со слезами ответила ей Фленушка. — Матушка, матушка!.. Как перед
истинным Богом скажу я тебе: одна ты у меня на свете, одну тебя люблю всей душой моей, всем моим помышлением… Без тебя, матушка, мне и
жизнь не в
жизнь — станешь умирать и меня с собой бери.
Вопрос о том, насколько была тесна связь
жизни с писательским делом, — для меня первенствующий. Была ли эта
жизнь захвачена своевременно нашей беллетристикой и театром? В чем сказывались, на мой взгляд, те «опоздания», какие выходили между
жизнью и писательским делом? И в чем можно видеть
истинные заслуги русской интеллигенции, вместе с ее часто трагической судьбой и слабостями, недочетами, малодушием, изменами своему призванию?
Лишь вселенскому церковному сознанию раскрываются тайны
жизни и бытия, лишь в приобщении к церковному разуму возможно
истинное дерзновение, там лишь гарантия против всякого иллюзионизма и призрачности, там подлинный реализм, реализм мистический.
— N'est-ce pas? [Не правда ли? (франц.)] Cher enfant,
истинное остроумие исчезает, чем дальше, тем пуще. Eh, mais… C'est moi qui connaît les femmes! [А между тем… Я-то знаю женщин! (франц.)] Поверь,
жизнь всякой женщины, что бы она там ни проповедовала, это — вечное искание, кому бы подчиниться… так сказать, жажда подчиниться. И заметь себе — без единого исключения.
— Ну, в твоих пяти словах все есть, чего в
жизни не бывает или не должно быть. С каким восторгом твоя тетка бросилась бы тебе на шею! В самом деле, тут и
истинные друзья, тогда как есть просто друзья, и чаша, тогда как пьют из бокалов или стаканов, и объятия при разлуке, когда нет разлуки. Ох, Александр!
— Вот как два новейших французских романиста определяют
истинную дружбу и любовь, и я согласился с ними, думал, что встречу в
жизни такие существа и найду в них… да что!
«Надо показать ей
жизнь в
истинном свете, надо постепенно спустить ее с облаков, тогда удар падения не будет так силен!» — думал Карнеев.
Я рассказал ему всю историю моих неудач и заключил тем, что, конечно,
жизнь моя могла бы лучше разыграться, но я не раскаиваюсь; если я потерял юношеские верования, зато приобрел взгляд трезвый, может, безотрадный, грустный, но зато
истинный.
Раскаяние и есть переживание мучения и ужаса от несоответствия моей
жизни и моих действий с воспоминаниями о
жизни истинной, для которой я сотворен и от которой отпал человек в этот мир греха и скорби.
Но совершенную
жизнь, Царство Божье можно мыслить лишь анархически, что и есть апофатическое мышление о Царстве Божьем, единственное
истинное, в котором устраняется всякое сходство с царством кесаря, с царством этого мира и достигается отрешенность.
Есть два
истинных этических начала: или любовь и благодатное преображение
жизни, или свобода и охраняющее свободу право.